Девушка чуть поколебалась и говорит: "Подождите-ка". После чего куда-то пошла, а трое моих дружков тихонько вылезли из машины, крадучись подобрались поближе, на ходу надевая маски, я свою тоже надел, а шаловливую ручонку шасть в щель, цепочку-то и скинул - кису я своим приличным голосом так умaслил, что, уходя, она дверь не заперла снова, как это подобает, когда имеешь дело с подозрительными типами вроде нас, да еще ночью. Вчетвером мы с ревом ворвались; Тем, как всегда, прыгал и выплясывал, изрыгая грязнейшую брань, а коттеджик маленький был, это уж точно. Мы с хохотом ввалились в комнату, где горел свет, а там эта кисa вся съежилась - а так из себя ничего вообще, симпатичная, и груди что надо, а рядом с ней ее муж, тоже такой довольно-таки моложавый тшeловeк в больших очках, а на столе пишущая машинка, везде разные бумаги разбросаны и одна стопочка у машинки - ее он, видимо, только что напечатал, так что перед нами, стало быть, опять интeлл, книжник наподобие того, с которым мы пошустрили пару часов назад, только на сей раз это был не читатель, а писатель. В общем, он говорит:

- Что такое? Кто вы? Как вы смеете врываться без разрешения в мой дом? - А у самого и голос дрожит, и руки тоже. А я ему в ответ:

- Не бойсь. Пусть страх покинет твое сердце, брат мой, забудь о нем и не трясись от страха никогда. - Тем временем Джорджик и Пит отправились искать кухню, а старина Тем стоял рядом со мной, разинув рот, и ждал приказаний. - Кстати, что это такое? - сказал я, берясь за стопку напечатанных листочков на столе, а очкастый муж в крайнем смятении отвечает:

- Вот именно, я у вас хотел бы спросить: что это такое? Что вам нужно? Убирайтесь вон, пока я вас оцюда не вышвырнул! - Старина Тем под маской П. Б. Шелли прямо так и зашелся от хохота, заревел, как медведь.

- Это какая-то книга, - сказал я. - Похоже, вы книжку какую-то пишете! - Говоря это, я сделал свой голос хриплым и дрожащим.