— Минутку! — заорал полицейский. — Так вы действительно Мак Болан?!

— С рождения меня называют именно так, — ответил спокойный голос. — Так вы будете слушать или нет?

Постум подмигнул дежурному сержанту и кивнул в сторону аппаратуры для записи телефонных разговоров.

— И давно вы уже в нашем городе? — небрежно поинтересовался он.

— Достаточно давно, чтобы оценить серьезность проблемы, — холодно ответил Болан. — У Чильи здесь развязаны руки — он подчиняется только своим боссам из Нью-Йорка и активно работает над тем, чтобы ваша избирательная кампания прошла в нужном им русле. Он собирается превратить ваш город и весь штат в охотничьи угодья синдиката. И у него есть все шансы добиться успеха, если он сможет решить небольшую проблемку, связанную с одним дряхлым старцем.

— С Джиамба, конечно же?

— Верно. Чилья пытался устроить так, чтобы переход власти в его руки прошел гладко, без фейерверков, но Джиамба уперся, хотя его морили голодом и подвергали другим испытаниям в этом же духе. Вообще-то, такие дипломатические игры не для Чилья. Я так понимаю, что его сдерживали строгие указания из Нью-Йорка. Теперь, когда Джиамба у меня, все эти ограничения ничего не значат. Чилья, скорее всего, уже вычеркнул старика из списка живых. И теперь я ожидаю от него быстрых и решительных действий в другом направлении.

Постум только поражался наглости этого сукиного сына.

— Послушай, приятель, ты понимаешь, что ты натворил? — спросил он, едва сдерживаясь.

— Конечно, — ответил уверенный голос. — Я уничтожил все надежды на гладкий переход власти из одних рук в другие. И я записываю это в плюс, а не в минус.

— Что ты мне тут несешь со всеми этими дерьмовыми плюсами-минусами?! — взорвался Постум. — Это означает, что на улицах прольется кровь! Послушай, приятель, ты вверг город в войну между бандами, вот что ты сделал!