Мои новички сверхвнимательно слушали меня, будто страшились пропустить какое-то магическое слово, которое даст им ключ к быстрому и ловкому катанию на горных лыжах. Я говорил, вставляя в свою речь всякие умные слова "философия движения", "мышечная радость". Наверняка, для них эти формулы не имели никакого смысла. На самом же деле я не гарцевал перед строем, а наоборот - пытался как можно проще рассказать своим новичкам, что горные лыжи как занятие являются одним из наиболее высокоорганизованных двигательных комплексов.

Все нажитое человеком - его скелетом, его механикой, его мускулами, двигательные рефлексы, закрепленные за миллионы лет, - все это протестует против основных движений горнолыжника. Если легкая атлетика является продолжением естественных движений, то горные лыжи - конструирование новой системы перемещения человека в ограниченном весьма определенными требованиями пространстве. Горные лыжи пополнили механику человека способностью вырабатывать новые двигательные рефлексы. Сегодня я лечу по бугристому снежному склону и мои ноги, бедра, корпус, руки проделывают движения в быстрой и ловкой последовательности. И мне кажется странным, что этот комплекс техники никогда раньше никому не приходил в голову. Я много раз перечитывал рассказ Э. Хемингуэя. "Кросс на снегу", в котором он описывает два древних горнолыжных поворота - телемарк и христианию. Сегодня эта техника - понятая высоко рука с палкой, выставленная далеко вперед на согнутом колене нижняя по склону лыжа - кажется смешной, да и уж вряд ли кто-нибудь сможет сегодня показать классический телемарк. Австрийская техника параллельного ведения лыж, выработанная в послевоенные годы, стала надежным фундаментом спуска с гор любой крутизны, рельефа, любого снега. Впоследствии французы изобрели свою технику.

Конечно, всего этого я не говорил своим новичкам. Пухлые, вялые, встревоженные, они сидели передо мной. Я должен осчастливить их.