Это означало, что будет снесено взрывом по крайней мере три дома, построенных с великими трудами пожилыми людьми. Каждая досточка, каждый кирпич были привезены сюда то на попутном самосвале, то на машинах знакомых, а то и на себе, на тачке. Район оцепили, вывели людей, но хозяева домов стояли перед солдатами и плакали. Радий пожалел этих людей. Он сам стал откапывать эту бомбу, переодевшись в старую, латаную и замызганную гимнастерку и такие же галифе. Лежа и сидя в сырой дыре, он занимался этим довольно долго - пять часов. Вывернув донный взрыватель, Радий вылез, сел на краю ямы, похожей на свежеотрытую могилу, и закурил. Потом пошел к оцеплению, чтобы обрадовать стариков, хозяев этого дома, и распорядиться насчет транспортировки бомбы. В толпе зевак и мальчишек стоял невысокий, с покатыми сильными плечами пожилой человек с фибровым чемоданчиком. Увидев в руках у проходившего мимо Радия взрыватель, он спросил:

- Донный?

- Да, - сказал Радий.

- А боковой где?

- Бокового нет.

- Как нет? Это ж НХ-2 "Грабо".

Радий почему-то стал оправдываться перед совершенно незнакомым ему человеком.

- Какая ж это "Грабо"? Никакая это не "Грабо". Это стандарт типа 252.

- Это "Грабо", сынок, не сказывай мне сказки. Я по взрывателю вижу. Там, посмотри, посередке ее идет кругом насечка косая.

- Папаша, это стандарт 252.

- Поди глянь, насечка есть?

Радий пошел к бомбе. Человек, который так был уверен, что эта бомба называется "Грабо" и никак не иначе, повернулся ко мне и сказал:

- Салага, а спорит. Хоть и капитан.

Радий вернулся довольно быстро.

- Вы сапер? - спросил он человека с фибровым чемоданчиком.

- Какой я сапер... - сказал человек. - Вот капитан Лисичкин Феликс Федорович, вот это был сапер. Когда мы освободили Павловск - ну, под Ленинградом музей, - товарищ капитан шел под камероновским флигелем по туннелю и обнаружил сам 227 мин-ловушек. Пойдем, я тебе покажу, где у "Грабо" боковой взрыватель.