— Значит, несколько районов.

— Девять, — уточнил он.

— И с другими главами районов вы тоже поддерживаете светские знакомства? Как и с Эрни Рембеком?

— Разумеется, более или менее. Эрни я знаю лучше всех, ибо живу в его районе. У нас к тому же хорошие личные отношения. Чего не скажешь, например, о типе из графства Нассо, которого я как человека на дух не переношу, поэтому и езжу туда только в случае крайней необходимости.

— И как давно вы на этой должности? — спросил я.

— Пять… нет, шесть лет.

— Как вы ее получили?

Он усмехнулся:

— Сумел себя хорошо подать.

— А чем вы занимались прежде?

— Вы что, хотите знать всю мою биографию, мистер Тобин?

— Да, хочу.

— Ну так вы ее не узнаете.

— Ладно. Судимости у вас есть?

— Нет.

— Аресты?

— Не по гражданской части.

— Что это значит?

С него вдруг слетела вся благовоспитанность.

— Это значит, что в армии меня упекли в тюрьму, когда я был еще в младенческом возрасте, ясно?

— Насколько младенческом?

— Мне было девятнадцать. Я полгода в ней проторчал. Он весь был на взводе. Наверняка ему припомнилась какая-нибудь, несправедливость, реальная или мнимая.

Я переменил тему разговора.

— Вы женаты?

— Нет. Разведен.

— Сколько времени?

Новая тема немного подняла ему настроение. Криво усмехнувшись, он произнес:

— Вам что, и это рассказать? В двадцать два года я женился на девчонке, с которой познакомился в вечерней школе. Мы были женаты шесть лет, а теперь уже шесть лет в разводе. На вашем месте, кстати, я бы отложил гонорар на случай, если вы вздумаете затеять развод.

— Вы учились в вечерней школе?

— У меня была мысль сделаться адвокатом. Но я оказался плохим учеником.

— Вы продолжаете поддерживать отношения со своей бывшей женой?