— Проклятье! Какая нелегкая занесла в парк эту бабу! — тихонько выругался юноша. Улизнуть было некуда. Быстрым движением он выхватил из рук старика медицинский журнал, откинулся на спинку скамейки и попытался закрыть лицо журналом.
Лицо старичка, выражало полный покой; грызя семечки, он смотрел ва водную гладь.
Ян Да-ма, пробежав несколько шагов, обернулась, посмотрела на сидевших. В том из них, который старался закрыть лицо, она узнала Шн Сю-чжу, сына старика Ши, жившего в одном с ней доме. Этот шпион гоминьдановской жандармерии скрылся, когда шла борьба против контрреволюционных элементов. Теперь, вернувшись, какую подлость он задумал? Притворившись, что она его не заметила, женщина удалилась с девочкой.
Когда женщина отошла достаточно далеко, старичок спросил:
— Ты знаешь ее?
— Знаю. Она жила в одном дворе с отцом. Очень вредная баба.
— Тогда нам следует скорее расстаться! — старичок поднялся и веско добавил: — Завтра в десять часов утра будь у «третьего номера», получишь то, что надо.
...Через полчаса Ян Да-ма в сопровождении работника бюро общественной безопасности пришла к каменному мосту, но Ши Сю-чжу и старичок исчезли.
На зеленой скамейке лежал лишь кусок оберточной бумаги и кучка шелухи.
У границы
Дул свежий приятный ветерок. Здесь, на границе, была глубокая ночь. Молодой пограничник,, находившийся в наряде, услышал подозрительный шум; он насторожился и стал внимательно вглядываться в заросли кустарника, метрах в пятидесяти справа. Вдруг он заметил, что один куст двигается. Прячась за кустами, используя неровности почвы, он стал пробираться к движущемуся предмету. Приблизившись к нему шагов на десять, он вскочил и крикнул: