Пришел доктор и стал угощать гостя.

– Уж меня угощает господин инженер… Спасибо. Я ем за троих. Забыли взять провизию с парохода.

– И вы не ели сутки?

– Вода была…

Он потом выпил два стакана чаю и спросил:

– Вы куда идете, господа?

– В Батавию, – отвечал механик.

Несколько минут прошло в молчании. Пассажир с удовольствием пил чай.

– Ура! Идем на Мыс! – радостно воскликнул лейтенант Вершинин, входя в кают-компанию. – Сейчас барон велел переменить курс. И пообедаем же мы на берегу после подлых консервов! И увидим, доктор, женскую красоту… Там ведь англичанки. Готовьте только денежки, доктор и Иван Васильевич!

Старший механик добродушно запротестовал.

– Не врите… Я женатый…

– Скажите, пожалуйста, какой Иосиф прекрасный!..

И, обращаясь к Курганину, лейтенант сказал:

– Мы вас спасли, а вы – нас. Из-за вас да англичан капитан идет на Мыс… Следовательно, не спаси мы Вас, не видать бы нам англичанок… Восхищайся малайками… Так позвольте выпить за ваше здоровье… Какого вина прикажете?

– Никакого.

– Почему?

– Не пью.

– По принципу?

– Из-за печени.

– В таком случае один выпью… Ваше здоровье!

Пришли в кают-компанию и другие офицеры. Все были оживлены.

Еще бы! Через два дня моряки будут на берегу.

И по такому-то случаю кто-то велел подать бутылку шампанского. Содержатель кают-компании приказал подать десять бутылок.

– Согласны, господа?

Все, разумеется, согласились.

Выпили за скорый приход на Мыс. Выпили за капитана, за старшего офицера, за кают-компанию.

Доктор и Каврайский предложили тост за спасенного соотечественника.

Тост был принят сдержанно. Пассажир не разделял общего оживления и многим казался несимпатичным и даже подозрительным. Не рассказывает ни о пожаре на пароходе, ни о себе, ни о том, чем занимается и зачем путешествует.