— И сколько, по-вашему, будут стоить работы? — робко спросил Луи.
Байоль покачал головой, и на лице его появилось задумчивое кисло-сладкое выражение.
— Затрудняюсь назвать точную цифру, но тридцать тысяч ливров мне кажутся минимальной суммой, с помощью которой можно привести дом в жилое состояние. Еще десять тысяч на восстановление плодородности земель, приобретение инвентаря, постройку амбаров, и минимум десять тысяч на починку моста. Ах, чуть не забыл про пруд со щуками! Если этот пруд почистить и пустить в него форелей, он принесет хороший доход.
— Еще есть мельница, — напомнил Гофреди.
— Про мельницу я забыл! — подтвердил письмоводитель. — На берегу реки действительно видны развалины мельницы. Разумеется, мельницу тоже можно восстановить. Но, завершая подсчеты, хочу сказать: для того чтобы ваше поместье стало прибыльным, в него придется вложить как минимум пятьдесят, а еще лучше сто тысяч ливров. Да, именно сто тысяч. Тогда вы сможете ежегодно получать от трех до пяти процентов чистой прибыли.
— Черт возьми! Да у меня нет даже лишнего экю, чтобы начать строительство! — воскликнул Луи.
Бывший нотариус лукавил. Контора его отца процветала и ежегодно приносила до десяти тысяч ливров. После уплаты налогов, жалованья письмоводителям и слугам, после вычетов расходов на еду и поддержание в порядке жилья, господину Фронсаку оставалось чистых три тысячи ливров, тысячу из которых он отдавал сыну, чтобы тот мог чувствовать себя уверенно. Экономный Луи тратил не более трехсот ливров в год и к сегодняшнему дню сумел скопить шесть тысяч ливров. Однако по сравнению с нужной суммой накопления эти казались просто ничтожными.