– Уж слишком это заманчиво, цель прямо туда и заманивает…» Цель, а вернее цели – два ударных самолета «противника», уже выделенных бортовым комплексом на фоне усердно выставляемых помех – неторопливо шли как раз вдоль одного из холмов.

– Нет, ребята, эти игры не со мной! – чуть ли не вслух произнес молодой летчик и решительно начал маневр.

Солнце блеснуло на острой кромке переднего горизонтального оперения, когда СУ-37 резко завалился набок и ринулся вниз. Обе цели были уже в пределах досягаемости, но следовало подойти поближе, чтобы быть уверенным в успешности пуска. Конечно, противодействие противника было условным, но и цели, и ракеты, подвешенные сейчас на крыльевых катапультных установках, были вполне реальными.

Морозов не стал уходить в мертвую зону, а, разогнавшись до скорости, равной полутора скоростям звука, огромной иглой прошел сквозь одинокое облако, повисшее в небе как раз там, где его скорее всего могла сбить вторая зенитная установка «противника».

«Не успеете! – пробормотал он про себя, зная, что бортовая система самостоятельно выбрала наиболее эффективные в данной обстановке помехи и в любой момент готова начать отстрел ловушек. – А я успел!» – и летчик нажал на кнопку пуска.

Самолет два раза тряхнуло, и хвосты выброшенных ракет полыхнули белым пламенем. Две блестящие металлические стрелы начали уже свой самостоятельный и недолгий полет.

Для двух переделанных под радиоуправление престарелых истребителей МИГ-17, возраст которых едва ли не превышал возраст охотящегося на них старшего лейтенанта, этот вылет в роли штурмовиков «противника» стал последним.

Заряд ракет был рассчитан на гораздо более крупную цель, и дюралевые лохмотья обоих МИГов далеко разлетелись по степи…