- Почему плохо? - удивился Генка.

Гарик Сонкин был без пяти минут отличником и лучшим математиком в классе. Он даже занимался с Усовым как с отстающим. И вдруг у Сонкина дела совсем плохи...

- У Сонкина - никакой перспективы, - твердила Светка, - потому что он ее сын.

- Чей сын?

- Да Аллы Борисовны!

- Ну и что?

- Ты сегодня, мягко говоря, несообразительный, - возмутилась Светка. - Во-первых, представляешь, иметь дома учительницу! У них под окнами опилки видел?

- Откуда? - не понял Генка.

- Да она его с утра до ночи пилит и пилит. Читает ему нотации: делай то, не делай этого!

- Не-е, - возразил Усов, - вроде бы Алла не такая...

- Не такая? Откуда ты знаешь? Все училки одинаковые! Во-вторых, как бы он ни учил, все равно выше четверки она ему ни за что не поставит. Даже если он на шесть будет знать! Она ему, наверно, все уши прожужжала, чтобы он ее не позорил. "Представляешь, что будет, если мой сын будет учиться плохо?"

Мельникова здорово научилась подделывать голос Аллы Борисовны.

После уроков Гаврилов, которого, кроме председателя совета отряда, завуч велела выбрать старостой, собрал весь класс.

- Четверть кончается, - сказал Мишка, - а у нас на сегодняшний день ни одного отличника. Во всех классах есть, а у нас ни одного. И это всех тянет назад. Мы тут посоветовались и решили: надо срочно вырастить отличника в своем коллективе! У кого есть предложения?

- Усова! - сказали сзади.

Все засмеялись.

- Нет, ребята, это несерьезно, - сказал Мишка, не поняв юмора. - Из наших кадров есть налицо только один человек, подающий надежды, - Сонкин. Его и будем выращивать. Сонкин, у тебя по каким четверки?

- По алгебре и по геометрии, - вяло отвечал Гарик.

- Слушай, Сонкин, не посрами честь класса. Исправь на пятерки!

- Все равно ему пятерок не поставят, - сказала Мельникова. - Не думайте!