- Сестры, сестрицы мои родимые! На кого вы меня покинули одного среди леса в разорённой норке? Зачем вы оставили меня доживать мои последние заячьи дни одиноко среди леса в разорённой норке? Был я вам другом верным, помогал и охранял вас - и все ушли, забыли меня. Сестры, сестрицы мои родимые!

А Медведь шёл, шёл, задумал присесть, развязал мешок.

- Не садись, муженёк, на пенёк, всё вижу, всё слышу! - закричала из-под пирогов Марья.

- Слышу, слышу! - рявкнул Медведь и во всю прыть дальше помчался.

А как добежал до калитки, шлёпнул мешок и одним духом обратно к своей берлоге.

* * *

То-то радость была.

Снова вместе все трое, три сестры, три красавицы - Дарья, Агафья и Марья.

Пошли расспросы да россказни.

До полночи сестры глаз не сомкнули.

А в полночь весь в звёздах, как царь, загудел лес грозный, заволновался. И поднялась в лесу небывалая буря. Трещала изба, ветром срывало ставни, дубасило в крышу, а вековые деревья, как былинку, пригибало к земле, выворачивало с корнем столетние дубы, бросало зелёных великанов к небу, за звёзды.

Это - Медведь, Медведь крушил и ломал свою пустую берлогу, сворачивал брёвна, разбрасывал в щепки высокий покинутый терем.

А чуть только свет задымился на небе, Медведь издох от тоски.