- Дорогой полковник, - едва заметно усмехнулся пристав. - Дело с арестантами весьма скользкое. Я должен составить следственный протокол, приложить к нему заключение судебно-медицинской экспертизы и отправить в Асхабад. Не поленитесь ради пользы дела и покажите мне официальную бумагу начальника области... за его подписью...

- Дорогой Султан-бек, о какой бумаге говорите?!- деланно удивился Теке-хан. - Земля эта принадлежит мне, кяриз тоже мой - что хочу, то и делаю.

- Насчет земли и кяриза возражений у нас нет, - согласился Султанов. - Нам нужна бумага, в которой разрешалось бы хану текинскому взять из тюрьмы сорок заключенных на очистку кяриза.

- О-хов. - тяжело вздохнул Теке-хан. - Ладно, подождите два-три дня - будет такая бумага.

- Ну что вы, полковник, как можно?! Мертвеца надо поскорее закопать.

- Завтра я поеду к Дорреру и привезу нужную бумагу. - Теке-хан сердито отставил чайник и крикнул в глубину двора. - Эй, кто там, принесите еще чаю!

- Да, чай - это полезно, - спокойно выговорил Султанов. - Но, я думаю, Доррер не такой дурак, чтобы хлопотать об официальной бумаге, когда дело связано со смертью. Если вы придадите дело огласке, то первым замарает репутацию господин Доррер, а он, сами знаете, дорожит своей честью. Он же - присяжный поверенный, воплощение чести нашего общества. И если он будет запачкан с ног до головы по вашей вине, то вам тоже несдобровать. Я уверен, что граф за хорошие деньги незаконно взял у начальника тюрьмы людей, которые теперь работают на вас. Я не сомневаюсь в том, что вы, господин полковник, отослали или отвезли сами Дорреру что-то такое, отчего люди делаются богатыми. Не так ли?

- Об этом нетрудно догадаться, - согласился Теке-хан. - Я делаю то, что делают все. Но вы, господин пристав, вы человек негодный. Вы десять лет обучались в Петербурге - научились умно и мудро говорить, но поступки ваши, как у паршивого маймуна.