- Поеду сейчас в Манакоре, - повторяет Тонио.

- Зайдешь на почту... потом к дону Оттавио... Потом в контору "Соль и табак".

Тонио повторяет каждое слово, желая показать, что он все отлично понял.

- Ничего не забудешь? - спрашивает дон Чезаре.

Тонио опять слово в слово повторяет все поручения.

- Как же я доберусь до Манакоре? - спрашивает Тонио.

- А как ты сам рассчитывал добраться? - спрашивает дон Чезаре.

- Может, взять "ламбретту"? - рискует на всякий случай Тонио.

- Если тебе так уж хочется, бери "ламбретту".

- Спасибо, дон Чезаре.

- А сейчас я иду работать, - заявляет дон Чезаре. - Скажи своим, чтобы не шумели.

- Будут молчать как миленькие, - говорит Тонио. - Уж поверьте на слово.

Час сиесты прошел. Дон Чезаре видит, как его рыбаки выходят из своих камышовых хижин, разбросанных в топкой низине, и направляются к площадке, где сохнут их сети. Потом он удаляется к себе в спальню, а оттуда проходит в залу, отведенную под коллекцию древностей.

Тонио входит в большую нижнюю залу, где сидят его женщины.

- Мария, - командует он, - принеси башмаки.

- Башмаки? - переспрашивает Мария. - На что тебе башмаки?

- Дон Чезаре разрешил мне взять его "ламбретту"!

- А почему это дон Чезаре разрешил тебе взять его "ламбретту"?

- Он меня в Манакоре посылает.

- А ты что, не можешь до Манакоре пешком дойти, что ли?

- Он мне велел взять его "ламбретту".

- Он ведь работает, как бы ему шум мотора не помешал, - говорит Мария.

- Всю жизнь он моторов терпеть не мог, - подхватывает старуха Джулия. Если бы не правительство с его приказами, никогда бы дон Чезаре не потерпел, чтобы здесь рядом шоссе прокладывали.

- Сегодня у него хорошее настроение, - поясняет Эльвира. - Нынче утром рыбак ему какую-то древность притащил.