— Так ли все это важно?

— В семье все важно. Я знаю одну пару: оба прекрасные музыканты, эрудиты, но в быту беспомощны, как младенцы. Добавь сюда их честолюбие, упрямство и взаимное раздражение от общей неустроенности: текущих кранов, сломанных вещей, невкусной пищи. Разве не жаль этих людей?

— Тетя Маша, вы хотите сказать, что их брак — ошибка? И если они сейчас разведутся и создадут новые семьи, она, к примеру, со слесарем, а он — с кондитером, то станут счастливее?

— Вероятно. Но при одном условии, — подняла палец хозяйка, — они женятся по любви.

Зоя улыбнулась:

— Существенная оговорка. Так все-таки, тёть Маша, в чем смысл вашего подхода к поиску того самого единственного человека?

— Ничего хитрого. Для начала ничем не ограничивай свой выбор. Искать свою половинку нужно не спеша, и не просто высматривать, а подбирать ее всеми органами чувств. К голосу рассудка прислушивайся только тогда, когда можешь наделать глупостей, зато сердцу своему нужно доверять всегда. И ты не ошибешься.

— Да, — вздохнула Зоя и растерянно улыбнулась, — действительно, ничего хитрого.

Чаепитие закончилось, но вставать из-за стола не хотелось. Ветерок кружил запахи травы, моря, задумчиво шелестел листвой.

— Знаете, все свои школьные годы я прожила в поселке у бабушки. Когда заканчивала учебу, думала: вот сдам все экзамены, вырвусь в город из этой сонной глуши и сразу стану счастливой. Прошло более десяти лет… может быть, я зря уехала тогда?

— Никто, моя девочка, не знает ни судьбы своей, ни своего предназначения. И не сокрушайся по этому поводу. Лучше расскажи мне, кто у тебя в санатории лечится. Кто-нибудь из родных?

— Нет, тёть Маша, безногого офицера привезла я — в Чечне воевал.

— И что же с ним случилось? Подорвался на мине?

— Был тяжело ранен, ноги ампутировали. Я сама была на той операции… Расплющенные, как пустые пожарные шланги… Страшно вспомнить.