Начиналось самое трудное. От того, убедит ли он их, зависел успех его плана.

– Я пришел, чтобы вас предостеречь, – начал он решительно.

– А нам нечего бояться! – усмехнулся Фаренвирст.

– Сейчас не время для шуток. – Голос Клоса прозвучал сухо и спокойно. – Собственно говоря, речь идет не только о вас. Группа офицеров во главе с генералов Вильманом хочет выслужиться перед американцами.

– Вильман, – вставил Вормитц, – начал выслуживаться еще перед капитуляцией. Он запер нас, как крыс, в здании гестапо. Случайно, вы, Клос, не знаете, кто из его офицеров руководил этой операцией?

– Вы считаете, что это сейчас очень важно? – в свою очередь спросил Клос. «Известно ли им, что это был я?» – пронеслось у него в голове.

– Важно или неважно, – сухо сказал гестаповец, – главное – установить, кто был этот офицер.

– Давайте не будем заниматься мелочами. Так вот, группа офицеров во главе с Вильманом намеревается выдать американцам группенфюрера Вольфа. – Клос полагал, что его слова произведут должное впечатление, однако на лицах четырех гестаповцев появилась только ироническая улыбка.

– Пусть они сначала его найдут, – проворчал Олерс, но замолк под строгим взглядом Вормитца.

– Почему вы обращаетесь с этим к нам? – спросил он Клоса.

Клос ожидал такого вопроса и заранее подготовился к ответу.

– По двум причинам. Во-первых, вы были ближайшими сотрудниками группенфюрера, и, во-вторых, только вы смогли бы ему помочь.

– Вы так уверенно говорите, Клос, как будто мы знаем, где сейчас скрывается Вольф, – сказал Олерс.

На его лице появилась та же усмешка.

– Только вы знаете, находится он в лагере или нет, – ответил Клос. – Существует опасность, что Вильман или американцы могут его обнаружить. Чтобы этого не случилось, вы должны помочь ему бежать из лагеря. Я уверен, что и вам удастся скрыться.

– Бежать! – рассмеялся Вормитц. – Вы что, сошла с ума, Клос? Выход из лагеря охраняется днем и ночью, кругом колючая проволока…