— М-ръ Винкель, если не ошибаюсь? — сказалъ офицеръ, запирая дверь.

— Да, я Винкель; что вамъ угодно?

— Вы, конечно, не удивитесь, сэръ, если услышите, что я пришелъ къ вамъ по порученію моего друга, м-ра Слеммера, доктора девяносто седьмого полка.

— Доктора Слеммера?!

— Такъ точно. Докторъ просилъ меня объявить вамъ, сэръ, что вы вчера вечеромъ изволили вести себя совсѣмъ не по джентльменски и что, слѣдовательно, онъ считаетъ себя въ правѣ требовать удовлетворенія.

Изумленіе м-ра Винкеля обрисовалось самыми краснорѣчивыми знаками на его лицѣ. Пріятель доктора Слеммера продолжалъ:

— Другъ мой, докторъ Слеммеръ, твердо убѣжденъ, что вы были вчера слишкомъ пьяны, и вѣроятно, сами не сознаете всей обширности обиды, нанесенной ему. Онъ поручилъ мнѣ сказать, что если вы, какъ благородный человѣкъ, обнаружите готовность извиниться въ своемъ поведеніи, — онъ согласенъ принять отъ васъ удовлетворительное объясненіе, которое вы потрудитесь написать подъ мою диктовку.

— Письменное объясненіе! — воскликнулъ озадаченный м-ръ Винкель.

— Одно изъ двухъ: объясненіе, или… вы понимаете? — сказалъ докторскій пріятель холоднымъ тономъ.

— Точно ли ко мнѣ относится ваше порученіе, сэръ? — спросилъ м-ръ Винкель, безнадежно сбитый съ толка необыкновеннымъ предложеніемъ.

— Самъ я не имѣлъ чести быть свидѣтелемъ вашего неприличнаго поступка, — отвѣчалъ, улыбаясь, загадочный джентльменъ, — и вы отказались дать свой адресъ доктору Слеммеру. По его порученію, надлежало мнѣ развѣдать, кому принадлежитъ свѣтло-синій фракъ съ вызолоченными пуговицами, портретомъ и буквами "П. К." другъ мой хотѣлъ во что бы ни стало узнать вашу фамилію.

М-ръ Винкель остолбенѣлъ при этомъ подробномъ описаніи его костюма. Пріятель доктора Слеммера продолжалъ: