– Эльза! – воскликнула пораженная внешним видом приятельницы Леся. – Ты выглядишь…

– Просто ужасно, да?

– Да.

– Могла бы и не говорить, сама знаю.

– Но что с тобой случилось?

– Мне страшно, – откровенно призналась Эльза. – Уже три дня сижу дома, никуда даже носа высунуть не могу. Всюду мне мерещатся убийцы, которые явились по мою душу.

– Целых три дня?

– Да, как вернулась с похорон Кольки, так и сижу!

Это заставило Киру встрепенуться. С Колькой Морсиным, как и с Эльзой, они с Лесей проучились вместе в одном классе целых десять лет. И конечно, известие о скоропостижной кончине их одноклассника не могло не взбудоражить подруг.

– Да, твой Колька… Он что, действительно погиб?

– Что значит «действительно»? Вы что, думаете, я стала бы шутить такими вещами? Может быть, вы, легкомысленные мартышки, так и шутите, но мы, взрослые гориллы, существа серьезные.

Теперь подруги узнавали прежнюю Эльзу. И нельзя сказать, чтобы это им сильно нравилось.

И все же повернуться и уйти они не могли. Эльза с такими предосторожностями открывала им дверь, столько раз спросила, они это или не они, что подругам стало ясно: все более чем серьезно. Подумать только, Эльза даже разработала своеобразный тест, вопросы из которого и задавала подругам через дверь.

Например, первый вопрос звучал так: какое прозвище было у их учительницы по физике? Ответ – Молекула. Кто был по национальности их преподаватель физкультуры? Латыш. Что за блюдо подавали на их выпускном вечере? И тут подруги не подкачали. Они прекрасно помнили замечательный торт, испеченный руками мамы одной из девочек их класса Тани Хомутиковой.

Ее мама была заведующей маленьким кондитерским цехом. И уж для любимой дочурки, а заодно и для ее одноклассников она расстаралась и изготовила торт, который бы украсил собой любую свадьбу. Торт был огромным, белым с розовыми цветами, он был густо усыпан шоколадными шариками и разрисован разноцветной глазурью.