- Замерз, - кивнул Шаболдаев.

- В июне месяце, - разозлился подполковник, - с ума сошел. Там температура меньше сорока не опускается.

- Если пришел со стороны гор, то мог там окоченеть, - осторожно возразил Шаболдаев, чтобы не нервировать начальство. - Вы же знаете, как ночью бывает холодно в горах.

- В общем, посмотри все на месте. Если просто умер, тоже неплохо. Составь протокол, что найден неопознанный труп мужчины без признаков насильственной смерти. В общем, оформи все как надо. Ты меня понял?

- Конечно, - поднялся Шаболдаев.

- Надеюсь, обойдешься без судмедэксперта и фотографа. Все сам оформишь, - подполковник махнул рукой на прощание. - А если понадобится, привези сюда, здесь сфотографируем.

Это было неслыханным нарушением существующего процессуального права, но это была жизнь, далекая вообще от всех норм обычного права. Выпускники юридических факультетов часто обнаруживали на практике, что все рассказанное им в аудиториях всего лишь теория, тогда как на практике случалось совсем другое, часто даже противоположное тому, чему их учили в вузах.

Через десять минут они уже ехали в милицейском газике по направлению к поселку. Только в автомобиле Шаболдаев вспомнил, куда именно они едут. И приказал сержанту остановиться у первого киоска, где продавали водку. Антиалкогольная кампания с треском провалилась, и водка снова начала появляться в магазинах и киосках района.

- Иди возьми для нас бутылку водки, - велел Шаболдаев лейтенанту Касымову, сидевшему на заднем сиденье.

Тот, послушно кивнув головой, вылез из автомобиля. И через минуту уже вернулся.

- Он денег хочет. Говорит, без денег не даст.

- Каких денег? - разозлился майор. - Скажи, Шаболдаев здесь. Я ему башку отверну и киоск закрою. Пусть две бутылки даст.

Лейтенант снова отошел от машины.

На этот раз он вернулся не один, а в сопровождении толстомордого хозяина киоска.