Хищников не было видно, за исключением шакалов, трусивших рысцой параллельно мигрирующей колонне, но на почтительном расстоянии от нее. - Це-це, - сказал гид, прихлопнул насмерть муху у себя на руке и показал ее нам: у нее на теле были желтые пятнышки и полоски и она складывала крылья на спине одно на другое. Гид посоветовал нам сгонять этих мух, так как они разносят сонную болезнь. Поскольку клиентами нашего гида перебывали представители почти всех европейских наций, он изволил выразиться по-английски так: - Это будет хорошо для вашего гезундхайта1. Мы стояли часа полтора, а колонна все шла и шла. Девицы забеспокоились насчет обеда, особенно низенькая, Стефани. У этой худенькой невысокой девицы был волчий аппетит. Наши порции не были ограничены, повар всегда готовил с запасом, чтобы не только насытить нас, но и накормить ночного сторожа-масаи. Стефани моментально съедала первую порцию, накладывала себе вторую, а ее голодные глаза тревожно рыскали по сторонам: не пропустила ли она что-нибудь съестное. Но самое удивительное было в том, что неизвестно, куда это все уходило - она была тощей. Она съедала как минимум в два раза больше меня, а когда мы делали остановки в деревнях, первая летела в магазин, чтобы перехватить что-нибудь съестное и бутылку-другую коки; в ее сумке всегда были печенье и конфетки. Не в коня корм, как говорили в России. Стало быстро темнеть. И мы поняли, что конца шествия нам не дождаться. Мы сделали множество снимков. - Они идут из Кении, - сказал гид. - Граница километрах в пяти отсюда. Не успели мы тронуться и отъехать от колонны несколько сотен метров, как гид снова остановил машину: перед нами стояла зебра. Она пыталась уступить нам дорогу и заковыляла к ближайшим кустам, сильно припадая на переднюю ногу. - Сломала ногу, - констатировал гид, - до утра не доживет. Вот, оказывается, зачем шакалы сопровождали колонну. Уже возле самого лагеря мы увидели одну из самых красивых и грациозных африканских антилоп: бушбек гордо стоял под деревом и смотрел на машину.