Мошаров курил, развалившись в мягком кресле, когда в дверь постучала секретарша. Вообще-то по штату такая должностная единица на базе отсутствовала, но для создания должного имиджа Владимир Павлович усадил в оборудованной перед кабинетом приемной делопроизводителя — прапорщика Любу Перцеву. Люба слыла гарнизонной красавицей и имела титул «Мисс хозбазы». По части женского пола Владимир Павлович большими достижениями похвастаться не мог, а все из-за неказистой внешности и сварливой супруги. Но Перцеву при себе держал. Чтобы выдержать стиль «офиса», чтоб не хуже чем у других.

Секретарша с капризной гримаской доложила, что к нему рвется посетитель.

— Из штатских, — презрительно поджала губы Люба и как бы между прочим поинтересовалась: — Пускать или как?

Покосившись на часы, Мошаров смилостивился:

— Ладно уж, все равно сидеть, проси, чего уж…

В Дверях появился ладный молодой человек в строгом костюме. В руке он держал дорогой кейс. Мошаров поглядел на ноги гостя. Где-то читал, что мафиози вычисляют денежных клиентов по качеству обуви. Обувь соответствовала. Может, и не «Саламандра», но не из дешевых. Подполковник был заинтригован: не иначе кто-то из деловых пожаловал. Предложил садиться. Выждав, пока секретарша скроется за дверью, гость сразу же взял быка за рога. Для начала он предъявил служебное удостоверение. Не просто махнул «корочками», как это делают обычные, замотанные повседневной суетой служители различных ведомств, а дал в руки посмотреть и тщательно изучить. Мошаров внимательно прочитал удостоверение, бдительно рассмотрел реквизиты и печать. Подполковник ФСБ из первопрестольной Михаил Петрович Слугарев, начальник некоего управления, безликий номер которого не говорил ни о чем.