Первый бросок не достиг цели — потенциальный противник Паши был поражен только в руку. Лаборант повторил попытку и через пятнадцать минут добился того, что копье попадало только в корпус красного супостата.

Паша удовлетворенно протер лезвие пальмы́ и отнес ее в кабинет директрисы. Но лаборант не торопился убирать деревянный щит, прикрывающий входную дверь, а прикрепил к голове нарисованного силуэта мишень с концентрическими кругами. Потом он извлек из своего шкафа пневматическую винтовку и полчаса упражнялся в стрельбе.

Паша снял с силуэта мишень, с удовольствием рассмотрел пробоины (все пули легли кучно), оттащил деревянный щит от двери и повернув ключ в замке открыл ее. Потом он взял с банку с водой и прошелся по комнатам своих коллег, поливая цветы. На розовом кусте в комнате директрисы начинал распускаться бутон. Паша сначала полил растение, а потом ножницами срезал цветок, отнес его в свою комнату и поставил в бутылку с водой.

И только после этого Паша сел за свой стол, взглянул на стоящий перед ним на полке бюст директрисы, грубо вырезанный им из куска хозяйственного мыла и совсем не похожий на оригинал, открыл коробку с мышиными тушками (особым способом изготовленными чучелами), пододвинул к себе баночку туши, обмакнул туда перо и написал на первой этикетке: «Apodemus sylvaticus». Этим Паша занимался без роздыху два часа подряд. Потом он открыл огромную молочную флягу. Сразу же во всем отделе резко запахло формалином. Лаборант стал корнцангом доставать из недр фляги задубевшие от фиксатора трупы зверюшек, собранные научными сотрудниками в различных экспедициях. Это был бросовый материал с потерянными этикетками, а значит не имеющий никакой научной ценности. Паша выбрал около трех десятков зверьков, помыл их под краном холодной водой, чтобы хоть как-то отбить запах формалина, просушил на батареях, затем сложил всю коллекцию в сумку, прихватил украденную у директрисы и уже начавшую распускаться розочку и пошел в гости — в отдел орнитологии.