Учреждение это занимало тогда три небольшие комнатки. Директора не было, и меня провели к его заместителю Владимиру Юльевичу Визе.

О том, что Визе работает в Институте по изучению Севера, я не знал, хотя нас связывало с Владимиром Юльевичем многолетнее знакомство.

В далекую пору детства мы оба учились в Царском Селе: он — в Николаевской гимназии, я — в реальном училище. Окончив гимназию с отличием, Визе поступил в Петербургский университет, но через год для продолжения образования уехал в Германию. Специальностью своей он избрал химию, которой пророчили тогда роль «владычицы мира».

Ежегодно во время летних каникул Визе возвращался в Царское Село. Мы виделись с ним в семье скрипача Мариинского театра Иосифа Францевича Ветцеля, с сыном которого я был дружен. Между прочим, Визе и Ветцель-старший давали в Царском Селе концерты в пользу бедных студентов: надо сказать, что Визе был отличным пианистом.

В те годы в помещении Павловского вокзала устраивались концерты симфонической и вокальной музыки. Летом они проходили каждый вечер. В павловских концертах принимали участие лучшие отечественные и зарубежные дирижеры. Я потом интересовался и выяснил, что за 75 лет в помещении Павловского вокзала состоялось 10 500 концертов! Почти все они были бесплатными.

Царское Село и Павловск находятся поблизости, поэтому в каникулы Визе, живший в Царском Селе, каждый вечер ездил на павловские концерты. Мы там часто встречались.

Жизнь Владимира Юльевича круто изменилась с того дня, когда он прочитал книгу Фритьофа Нансена «Во тьме и льдах». Отважный исследователь, пытавшийся достичь Северного полюса на судне, описывал трехлетний дрейф «Фрама» во льдах полярного бассейна. Визе записал в дневник слова Нансена: