У меня между игрушками была припрятана моя старая азбука, по которой мамочка учила меня читать.

Как-то вечером я показала ее Ванюше. Он увидел хорошенькую книжку с картинками и сказал, что по такой-то легче учиться, нежели в школе.

— Хочешь, я тебя выучу? — предложила я мальчику.

— Ты-то? — недоверчиво покачал он головою. — Ты разве учительница?

— А ты попробуй!

Усадив его в огороде между грядами капусты, я стала водить пальцем по странице и называть ему буквы. Буквы Ваня еще выучил в школе, и мне оставалось самое трудное — выучить его складам.

Склады подвигались медленнее, Ваня старался до поту и скоро сложил слова: баба, мама и вода.

Мы уже принялись за слово изба, как вдруг послышалось мычание возвратившегося стада, и злая Буренка заглядывала за плетень огорода.

— Ну, на сегодня довольно, а завтра будем еще учиться, — сказала я и, чтобы подбодрить моего ученика, прибавила: — Когда ты выучишься читать — я подарю тебе эту книжку.

Ванюшка так обрадовался моему обещанию, что сам торопил меня садиться за книжку. Ирина очень довольна была нашими занятиями и смотрела на меня гораздо ласковее.

— Не балует парнишка! С ребятами не дерется, и то хорошо! — говорила она и даже погладила меня как-то по головке.

Между тем наступили сенокосы. Мы с Ваней с утра побежали в поле, где уже работали «старшие». Я едва узнала няню в сарафане и платочке.

— Нянечка, какая ты смешная! — крикнула я ей еще издали. — Зачем ты так оделась?

— Жарко, Катенька, да и в городском платье косить неудобно.

Я села на скошенное место и смотрела, как красиво ложилась высокая, зеленая трава под косами работников. Они косили без отдыха, изредка только кто-нибудь из баб подходил покормить и покачать ребенка, спавшего тут же на сене, или испить квасу, принесенного ребятишками из деревни.

— Катя, Катя, беги сюда, беги скорее, — кричала мне няня, отошедшая довольно далеко.