О своей находке по команде решил не докладывать. Только повару во всем признался, и он вошел в наше положение — регулярно снабжал моих питомцев остатками супа. Не очень разнообразный рацион, но все же! При первом удобном случае я отпросился в городской отпуск. Дело это обычное: нужно же приобрести солдату кое-какие необходимые в его жизни мелочи. Но цель моя на этот раз была другой. В городе я договорился с одной старушкой, что она будет продавать мне молоко. Я заплатил ей вперед из той суммы, на которую должен был приобретать необходимые предметы туалета. А дальше действовали мы, как в детективе: старушка эта наливала в бутылку молоко и приносила к забору школы, я перебрасывал через забор веревку, она привязывала к ней бутылку, я тянул веревку и забирал молоко. Так это ловко у нас получалось, что ни разу нас не заметили.

От дополнительного питания щенки мои быстро пошли в рост. Меня это радовало, но и заботило одновременно. Дело тут было вот в чем. Своих питомцев я разместил в заброшенных клетках, где хранился списанный инвентарь. Никто, кроме меня, в те клетки не заглядывал, а я в дневное время только пищу щенкам приносил — выгуливал их, занимался со своими собачками по ночам. Они смышлеными были: быстро усвоили свои клички и уже научились выполнять некоторые команды. Ободренный успехом, я самовольно перевел щенков в вольер, где размещались все остальные собаки, — там были свободные клетки. И их сразу же обнаружил ветеринарный врач. Он каждый день осматривал собак — проверял, здоровы ли. Обнаружив «пополнение», шум поднимать не стал, решив выяснить, кто же нарушил строжайший запрет. Следил днем и даже ночью не поленился устроить засаду. Я же, когда все легли отдыхать, ни о чем не подозревая, подошел к клеткам, вывел щенков и начал с ними заниматься. Тут и возник передо мной наш грозный ветеринар.

Доложил он о своем «открытии» по команде. Вызывает меня начальник школы: