Впрочем, в теории Поршнева главным фактором культурного развития является не сам по себе каннибализм, а т.н. «суггестия», то есть изобретение языка в качестве средства психологического влияния. Однако, при всем уважении к профессору Поршневу, является философской банальностью утверждение «язык на первых этапах антропогенеза – это средство психологического воздействия». Язык и сейчас является средством для психологического воздействия. Еще точнее: «язык – это средство для передачи информации», а уже «информация – это инструмент психологического воздей­ствия». И в этом смысле система невербальной коммуникации у животных, включая обезьян, – это тоже инструмент воздействия, побуждения. А вот – как и почему появился язык человека, качест­венно отличающийся от сигнальной системы животных, – это вопрос, который не решен пока что никакими внушениями приматологов, пытавшихся обучить обезьян «языку».

Тем не менее, я считаю, что Б.Ф.Поршнев действительно внес большой вклад в поиски теории антропогенеза – прежде всего, постановкой вопроса и личным примером выдвижения нестандартных идей, самой попыткой реконструкции ранних этапов психического развития прачеловека.

Число возможных теорий антропогенеза теоретически равно числу комбинаций вторичных, третичных и так далее признаков. Например, на просторах Рунета обнаружена оригинальная «ору­жейная теория».

Участники сетевой дискуссии предложили рассмотреть в качестве такого первичного фактора некий Артефакт, как в фантастической «теории» Артура Кларка. То есть появление в ареале обитания стаи приматов некоего предмета или явления, которое существенно воздействовало бы на тело, психику и поведение стаи. Это может быть, например, природный источник радиоактивности, учаща­ющий мутации, или же инопланетный робот.

Можно согласиться с самой постановкой вопроса о первичном факторе, некоем Артефакте или Явлении, послужившем первопричиной.