— Ты презрел все, стоявшее на твоем пути, — пел он, — ты презрел все, что лишило бы твоего ребенка права на чистую жизнь; ты жил так, чтобы быть образцом своему сыну. Ты ослушался нас, когда мы хотели прервать твое плавание, повредив будущему твоего сына. Ты поставил это будущее превыше всего, и за это Сагали Тайи повелевает нам сделать тебя примером для своего племени. Ты никогда не умрешь, а будешь возвышаться здесь спустя тысячелетия, стоя там, где взгляд каждого сможет видеть тебя. Ты будешь жить и жить вечно как нерушимый памятник чистоты отцовства.

Четверо Мужей подняли свои весла. Прекрасный молодой вождь поплыл к берегу; но едва только ноги его коснулись той черты, где встречается море и суша, он обратился в камень.

Тогда сказали Четверо Мужей:

— Его жена и ребенок вечно должны быть рядом с ним; они не умрут, они тоже останутся жить.

И вот теперь, выходя на опушку леса, у самой скалы Сиваш вы видите большую скалу, а с нею рядом — поменьше. Это и есть застенчивая маленькая жена-северянка вместе с новорожденным младенцем.

Что ни день со всех концов света мимо них проходят суда. Они идут под парусами, бороздят винтами воды Теснин, поднимаясь вверх по проливу. Из далеких тихоокеанских портов, с морозного Севера, из стран Южного Креста… Снова и снова минуют они живую скалу, что стояла там до того, как на воде закачались их корпуса, и что пребудет там после того, как сотрутся их названия, а команды с капитанами отплывут в свое последнее плавание; когда сгниют их товары, а имена владельцев уже никто не сможет припомнить. Но высокая серая колонна из камня по-прежнему останется там памятником человеческой верности грядущим поколениям; и пребудет она во веки веков.