— Да. Второй раз я не сумею выйти с вами на связь из Магадана.

— Мы можем поступить следующим образом. Вы вышли на связь с нами с помощью военнопленного генерала Тохиро Моцумото. В наших реестрах он не числится в списках военных преступников. Моцумото прекрасный дипломат и хорошо известен нашему дипломатическому корпусу. Живя в милитаризированной стране, он был вынужден носить военный мундир. Это просоветски настроенный политик всегда выступавший за мир с Россией. И он прав, если говорить откровенно. Мы внимательно следили за Хабаровским процессом над верхушкой японских военнопленных. Среди них были и руководители так называемого отряда 731, занимавшегося испытаниями бактериологического оружия на людях. Могу раскрыть вам секрет. В 48-ом году генералиссимус Чан Кайши передал нам всю документацию, связанную с опытами, проведенными японцами. Архив из ста пятидесяти ящиков найден в провинции Синьцзян в двадцати километрах южнее Харбина. Все разработки японцев нам известны. Теперь мы думаем над тем, как сделать противоядие. Нам нужны ученые-химики и биологи. Запасов бактериологического оружия очень много, и они не найдены.

— Вы хотите, чтобы я передал вам японцев?

— Японцы нам не нужны. Они не знают, как обезопасить даже себя от ими же разработанного. Их место там, где они находятся. Нужны те, кто найдет, как убивать заразу. Я думаю, этот список нужно показать генералу Моцумото. Как я понял, он работает на вас. Пусть пообщается с японскими отравителями, он не может их не знать. Те ему и укажут нужные имена русских ученых. Речь идет о спасении мира от эпидемий, вам это зачтется, генерал.

— Я вас понял.

— И еще один секрет. Кто-то из тех военнопленных должен знать местонахождение лаборатории и фабрики отравляющих веществ на территории Сибири. Ее выстроили под землей где-то в тайге. К нам попали секретные архивы. Строить начали в 36-м году, тогда много китайцев работали на строительстве железной дороги в Сибири, граница была прозрачной, и японцы переходили ее под видом китайцев.