— А как Северный морской путь?

— В навигацию сторожевые корабли встречают наши суда у мыса Дежнева в Беринговом проливе и сопровождают под конвоем.

— Значит, военные корабли ходят в этих водах?

— Только в навигацию. В ближайшие годы флот не намерен строить здесь базы. Даже Курильские острова остаются бесхозными. За что воевали — не ясно, они никому не нужны. Сотня пограничников на всю гряду.

Шатохин забрал сверток со стола.

— Через полчаса отчаливаем. Можете поспать, у вас усталый вид. Прибудем на место, разбужу. Людей в форме и с оружием я на борт не возьму.,

— Они подождут на берегу. Прибудем на точку, спустите на воду шлюпку с гребцами. Скорее всего, гость все же свалится с неба.

Когда Белограя разбудили, он понял, что выспаться не успел, но усталость все же прошла.

На море стоял штиль, видимость не превышала трех сотен метров, дальше — сплошное молоко. Влажность была выше всех ожиданий. Капли собирались на лице, на пальто, медленно стекали, оставляя мокрые дорожки.

На воду спустили шлюпку с шестью гребцами.

— Где же ваш гость? — спросил капитан, подходя к борту. — Стоять на месте мы долго не можем…

Не успел он договорить, как вода забурлила метрах в сорока по правому борту и на поверхности появилась рубка, а потом и вся подводная лодка.

— Отправляйте шлюпку, — приказал Белограй. Шатохин дал отмашку. Гребцы взялись за весла.

— На острове Святого Лаврентия у американцев нет базы, субмарина пришла с Аляски, — заметил капитан, — никак не ближе. Путь долгий.

На палубе лодки появились двое мужчин в гражданской одежде. Шлюпка пришвартовалась к корме, люди в штатском сели в нее, и она взяла обратный курс.