– А мне помнится, это таможенный чиновник, – возразил муж.

– Зачем меня сюда пригласили? – недоумевал маленький подслеповатый господин, ненароком попавшийся на нашем пути. – Просто поразительно, что я приглашен на этот банкет. Уж не из-за слабого ли зрения мне оказали такую честь? Я ведь слеп на правый глаз и теряю зрение в левом.

– Что, что вы сказали? – отозвался какой-то мужчина, подергиваясь всем телом. Он был до странности бледен, а золотые кудри до плеч, точь-в-точь как у тех ангелочков, которыми обычно торгуют на рождество, еще больше оттеняли эту бледность. – Вы не видите одним глазом? Тогда это наверняка банкет благотворительного общества, хотя я точно не расслышал, что сказали по телефону. У меня пробка в ухе вот уже целых тридцать пять лет, Пожалуй, меня пригласили сюда именно поэтому.

– Пробка в ухе? Тридцать пять лет? Рекордный срок! Вам следовало бы обратиться к отоларингологу, – заметила дама.

– Рад познакомиться с человеком, у которого пробка в ухе, – сказал вдруг невесть откуда взявшийся важный господин в парадном костюме, один из тех, что с наслаждением заводят случайные знакомства, хотя сами мало для кого представляют интерес. – Простите, а что испытываешь, когда в ухе пробка?

– О, это удивительное чувство, будто все время слышишь музыку, – ответил мужчина с кудрями, как у ангелочка. – Иногда словно орган, иногда духовой инструмент, а то вроде вода журчит или птицы вдруг запоют. Или ни с того ни с сего «бу-бу-бу», точно бык разбушевался. Это единственный звук, который существует в действительности, хотя доказать, что он есть, невозможно… Этот звук не связан с внешними причинами. Человек над ним не властен. Это тот единственный звук, который исходит от бога вечности и иных миров.

В это время подошел официант, обносивший гостей коктейлями.

– Извините, господин метрдотель, – начал я, умышленно повышая официанта в чине: почему не сделать приятное хорошему человеку? – Надеюсь, вы не осудите меня за нетактичный вопрос. Скажите, кто устроил этот прием?