И хвостатые, и бесхвостые собаки испокон веков с наслаждением валяются на падали. Раньше думали, что это товарищеский поступок — по пахнущей шерсти коллеги узнавали об источнике пропитания. Но теперь такая точка зрения поколеблена: собаки пачкают шерсть и на несъедобных отбросах. Сомнительна и версия, будто они нежатся в нечистотах, чтобы отбить собственный запах, от которого приходит в ужас добыча. Запах демаскирует хищника лишь тогда, когда он притаился в засаде. Предки собак добывали пропитание не из засады, а в сумасшедшей гонке, и в этой беготне пахни — не пахни, мало что изменится.

А может, все проще, может быть, прав биолог С. А. Корытин? Вот что он пишет. «Нами был проделан следующий опыт. Собаку, имевшую блох, спустили с цепи и дали ей возможность вываляться в нечистотах. На следующий день, несмотря на тщательные поиски, живых или погибших насекомых у нее обнаружить не удалось». И в самом деле — энтомологи свидетельствуют, что блохи ненавидят резкие запахи.

Нашими стараниями собаки все сильнее отдаляются от природы, отказываются от своих естественных потребностей. Так, все больше четвероногих вступает в брак не по своему выбору, а по выбору хозяев. Велению сердца сейчас следуют разве лишь дворняги. А между тем среди них вряд ли найдешь «набитую дуру» или собаку со все чаще встречающимися пороками: ножницеобразным прикусом и коричневым, слабо пигментированным носом. Если белесая мочка носа действительно мешает четвероногому жить (у него слабое обоняние), то почему безжалостно бракуют талантливейших и сильных псов с так называемым неправильным прикусом?

Утверждают, будто миролюбивый или, наоборот, воинственный характер собаки предопределен свыше, предопределен генетически, и будто бы особенно злы те псы, у кого в раннем детстве были неважные отношения с матерью или кто остался сиротой.