А уж как радовались этому обстоятельству мы, мальчишки, и не передать! Драгуны! Они ведь, верно, довольно долго пробудут у нас. И мы увидим, как они гарцуют на своих лошадях, как они за ними ухаживают, как они их кормят, как они до блеска чистят свои сияющие шлемы. Быть может, у них даже будут учения, и мы увидим, как лихо они атакуют воображаемого врага, точь-в-точь, как на тех цветных картинках, что продают на ярмарках... Я уже видел, как несётся огромный Зверь вместе с сотней маленьких злобных тварей по холмам около Мальзие, спасая свою шкуру под напором лавины драгун! Зверь делает невероятные прыжки (вообще, судя по обнаруженным на снегу следам, Зверь совершал и в самом деле гигантские прыжки, чуть ли не на 9 метров в длину), его хвост уже не колышется на ветру, а волочится по земле, ибо Зверь изнемогает, а стена всадников в шлемах с пышными султанами неумолимо надвигается! Но что только не вообразит шестнадцатилетний подросток, услышав волшебное слово «драгуны»... Как я был наивен, и каким, в сущности, я был еще ребенком!

Однако мой отец только покачивал головой:

– Не с драгунами ловить этого Зверя, не с драгунами... Прежде всего им придется спешиться... Вы можете себе представить лошадей среди наших скал и топей? К тому же драгуна легко заметить. Эти пышные султаны видны на расстоянии в тысячу туазов, а Зверя, затаившегося в густой траве, и в пяти-то можно не разглядеть.

Наши соседи, люди более осторожные, говорили, возвращаясь с кладбища, куда мы все ходили, чтобы возложить цветы на могилы наших предков, как и положено в праздник Всех Святых, что драгуны хитры и ловки и что у них, вероятно, припасены для Зверя кое-какие сюрпризы. Но потихоньку, чуть ли не на ухо друг другу, они говорили:

– Не будет от этих драгун никакого проку, напротив, одни убытки да потравы. По ночам они будут воровать и грабить, а то и насиловать... Знаем мы их! Видали! Уж лучше держаться от них подальше да смотреть в оба!