- Не командуй здесь, Вольф, у нас тут своих командиров хватает, - степенно сказал Коныхин, поглаживая подбородок. Жест напоминал о том, что на воле он носил старообрядческую бороду. Лицо у скопца было суровым, от него исходила мощная энергетическая волна, характерная для решительных и волевых людей. Сейчас не о нем речь. Зачем тебе паспорта? Какой такой особенный пистолет при себе носил? Ответь обществу по порядку.

- Как зачем паспорта? Вы еще спросите, зачем кошельки! У меня кент по документам работал, он такие ксивы лепил, в жизни не отличишь! А из чего их делать? На газетке рисовать? Потому настоящие бланки край нужны! Особенно если забугорный попадется... Один цеховик по такому в Италию свалил. Немереные бабки отстегнул!

- А пистолет? - с интересом спросил Парцвания. - Что за пистолет такой хитрый?

Вольф пожал плечами:

- Пушка, как пушка, на катране купил у залетного из Ростова. Может, "браунинг", может, "шпалер"!

- Не "шпалер", точно. Нет такого названия, - сказал Эйно.

- Ну не знаю я, как его зовут, не знаю! Чего вы привязались с этим пистолетом! Какие предъявы мне Хмурый сделал? Фигня одна! А я ему крысятничество предъявляю! Давай теперь с этим разберемся!

- Тут не с чем разбираться, - вмешался Азаров. Это был настоящий антисоветчик, держатель подпольной типографии. - Нас личные счеты не интересуют. А вот "наседка" - другое дело. Нам это очень даже интересно!

- Фильтруй базар! Кто здесь "наседка"?!

Правление пристально разглядывало Расписного шестью парами глаз. И по их выражению Вольф вдруг понял, что между восемнадцатой зоной и "хатой" пересыльной тюрьмы большой разницы нет. В случае провала здесь его так же задушат, или приколют заточкой, или засунут в циркулярную пилу. Тот же Коныхин, или Эйно, или Волосюк - вон какие волчьи взгляды... Да и полицай Головко подпишется на "мокрое" дело без колебаний, а может, и еще специалисты найдутся...