– Я разговаривал с Джедом Холкомом из Лиги голубых избирателей, и он говорит, что это дело решенное. Они в первый раз собираются проводить дебаты и просто с ног сбились, чтобы отыскать объективного ведущего. В чем-чем, а в объективности Баниону не откажешь.

– Как так получилось, что Лига гомиков организует дебаты? – спросил президент. – Ради всего святого. Когда это все кончится?

– Сейчас их очередь.

– А мы не можем отклонить кандидатуру ведущего?

– Теоретически, да. Но если мы отклоним его кандидатуру, это просочится наружу, и в результате он прославится, как Человек, Которого Испугался Президент.

– Испугался, черт бы его побрал. Когда он играл в сквош в Гарварде…

– В Принстоне.

– …Моя часть теряла лучших ребят в долине А Шау. Чтобы я испугался этого лощеного молодчика, для которого самое ужасное – это обнаружить песчинку в блюде с устрицами…

«Марин-1» кружил над «Неопалимой Купиной», собираясь приземлиться. Президент зашнуровывал спортивные туфли.

Глава штаба сказал:

– Разумеется, мы не испугались его. Но зачем давать ему лишние очки, запретив ему миловаться с гомиками?

Президент выглянул из окошка: на лужайке застыл небольшой отряд встречающих.

– На следующей неделе мы с Лорой приглашены к нему на обед в честь…

– Британского посла.

– Назначь что-нибудь прямо накануне этого обеда. Какое-нибудь неотложное дельце на поздний час. Что-нибудь чрезвычайное. Скажем, брифинг по поводу ситуации в России.

– Ладно, – кивнул глава штаба, – но, может, будет более разумно задушить этого ублюдка в объятиях? Что толку портить с ним отношения?

– С каких это пор всякие выскочки стали настолько важными шишками, что даже сам Президент Соединенных Штатов Америки вынужден перед ними лебезить? Может, кто-нибудь скажет мне?