Выйдя из дома на следующее утро, Бен Дак увидел, что на верхней перекладине корраля - загона для клеймения скота - сидит Альберт Панцер. Бен пристроился рядом и попросил сигарету.

- Ну как твое самочувствие сегодня утром? - спросил ковбой. Высокогорье больше не сказывается?

- Нет, - ответил Панцер и, немного помолчав, добавил: - У меня из головы не идет вчерашнее происшествие. Загадочно все это, правда?

- Да, - согласился Бен. - Вообще, на свете много загадок.

Он подпер ладонью подбородок и закурил, задумчиво наблюдая за тем, как в соседнем коррале какой-то пижон пытается поймать и оседлать пони. Этот тип обращался с лошадью грубо, и стоило ему забраться в седло, как она тут же сбрасывала его. Это зрелище приносило Бену некоторое удовольствие.

- Хотелось бы в них разобраться, - сказал ковбой.

- В чем?

- В загадках. - Бен выпустил несколько колец дыма, но только одно из них было более-менее удовлетворительной формы.

- Кстати, - рискнул спросить Бен, - вчера вечером, перед тем как пойти спать, ты рассказывал комунибудь о том, что с нами случилось?

Панцер кивнул.

- Ну да, рассказывал.

- Кому?

- Знаешь... - начал вспоминать Панцер, - трудно сказать. Это было в баре. Там всегда полно народу.

- Д'Орр был там?

- Да, кажется, был.

- А Мак-Кейн?

- Его я не видел.

Бен стряхнул пепел на землю.

- Итак, - сказал он, - значит, ты рассказал о том, что мы оба потеряли сознание. Такое совпадение никому не показалось странным?

- Они решили, что я был пьян, - с негодованием сказал Панцер.

- Но мы не пили, правда?

- Я вообще не пью, - ответил Панцер.

- А я не настолько богат, чтобы себе это позволить, - сказал ковбой и слез с ограды. - Слушай, а сам-то ты что думаешь о вчерашнем?