– Это не мой сын, как вы думаете, мастер Педрильо! – и в несказанном страхе взглянула на дона Фернандо. – Этот молодой человек – дон Фернандо Ормес, сын городского коменданта, которого все вы знаете.

Башмачник спросил:

– Кто из вас, граждане, знает этого молодого человека?

И многие из стоявших кругом повторили:

– Кто знает Херонимо Ругеру, пусть выступит вперед!

Тут случилось, что маленький Хуан, испуганный шумом и смятением, потянулся с рук Хосефы на руки к дону Фернандо. «Вот он – отец!» – завопил тогда какой-то голос; и: «Вот он – Херонимо Ругера!» – второй; и: «Вот они – святотатцы!» – третий; и: «Побейте их камнями! Побейте их камнями!» – весь собравшийся в храме Иисуса христианский народ.

Херонимо воскликнул:

– Остановитесь, бесчеловечные люди! Если вы ищете Херонимо Ругеру – так вот он! Оставьте этого ни в чем не повинного человека!

Беснующаяся толпа, смущенная заявлением Херонимо, остановилась, озадаченная; несколько рук отпустили дона Фернандо; в это мгновение к ним поспешно приблизился морской офицер высокого ранга и, протеснившись сквозь окружавшую их шумную толпу, спросил:

– Дон Фернандо Ормес! Что случилось с вами?

Тот отвечал, уже совершенно освободившись, с истинно героической находчивостью:

– Да! Посмотрите-ка, дон Алонсо, на этих злодеев! Я бы погиб, если бы этот достойный человек для успокоения разъяренной толпы не выдал себя за Херонимо Ругеру. Будьте добры, арестуйте его вместе с этой молодой дамой, ради их обоюдной безопасности, а вместе с тем и этого негодяя, – добавил он, хватая башмачника Педрильо, – который поднял весь этот бунт.

Башмачник воскликнул:

– Дон Алонсо Онореха! Ответьте по совести, разве эта девица не Хосефа Астерон?

Так как дон Алонсо, прекрасно знавший Хосефу, медлил с ответом и несколько голосов со вновь вспыхнувшим бешенством завопили: «Это – она! Это – она!» и «Смерть ей!» – то Хосефа, передав на руки дону Фернандо маленького Хуана и маленького Филиппа, которого до сих пор держал Херонимо, сказала: