Спал Ян обычно на диване без ножек и спинки. Готовил на кухне, если приходили гости. Ел где придется. Пил что попало. Влюблялся пылко и часто.

Мысли, возникающие по поводу того, как он любил, пил, ел и спал, были аккуратно записаны на обоях возле дивана. Гостям разрешалось читать эти записи и дополнять их. Некоторые тексты со Стены Мудрости иногда исполнялись под аккомпанемент гитары, которая висела тут же, рядом. Кроме собственного творчества, Ян Стрельник мог предложить гостям одну из трех имевшихся в доме книг: "Занимательная психиатрия", "Лоция о. Куба" и толстый женский роман без обложки и первых семнадцати страниц. Гости обычно вежливо отказывались и становились к стенке, чтобы оставить свой след на обоях. Там же красовалась коллекция телефонных номеров, написанных разными оттенками губной помады. Некоторые номера были написаны поверх соседних, потому что места на обоях было мало, а номеров много. Помада впитывалась в обои и расплывалась со временем, но это было неважно, потому что он все равно никогда не звонил по этим номерам. В свои тридцать два он считал, что уже поздно быть за кого-то в ответе, поэтому старался никого не приручать.

Стрельник работал тренером по плаванию в бассейне. Летом бассейн закрывался на профилактику, и тогда Ян устраивался спасателем на пляже. Разглядывание девочек в мощный бинокль и периодический обход пляжа частенько заканчивались появлением нового номера в коллекции.

В это лето новые хозяева бассейна решили обойтись без профилактики, ограничившись текущим ремонтом. Вместо того, чтобы загорать на спасательной вышке, Яну приходилось каждое утро являться в бассейн. И вместо того, чтобы спасать опрометчивых купальщиц, ему приходилось наблюдать за вялотекущим ремонтом и отвечать на телефонные звонки. "Нет, бассейн не закрылся. Нет, не работает. Позвоните через недельку".