Мы уже не так малы и беспомощны, как в первые месяцы жизни в лагере. Овасес скуп на слова, зато щедр на ремень. Но еще щедрее отдает он нам свои знания. Он знает, что наилучшим учителем бывает нужда и необходимость. Поэтому на третий и четвертый годы пребывания в лагере он вводит новый обычай: кто не сумеет добыть зверя, тот… не ест. Такие испытания продолжаются сначала неделю, потом две, три…

И вот на пятый год школы природы, с начала месяца Ягод и до первого снега, мы должны рассчитывать только на собственное копье и лук, на сообразительность следопыта и зоркость охотника. Но в этих испытаниях мы не одиноки. Некоторые мальчики – лучшие следопыты, у других даже птица не уйдет от стрелы, а третьи умеют подманивать зверя или находить новые рыбные места. Поэтому один помогает другому. А собственноручно добытый кролик в тысячу раз вкуснее, чем подаренный старшими медвежий окорок.

Как быстро проходит время! Вот уже снова воют волки и дует над заснеженными палатками зимний северный ветер, и снова слышен певучий шум воды первой весенней оттепели.

Я уже не маленький мальчик. Теперь мне не нужно становиться на камень, чтобы взобраться на спину коня. На маленьких ути, прибывающих в лагерь, мы смотрим свысока, как когда-то смотрел на нас Танто. Танто уже почти воин… Как быстро бегут в моей памяти те годы!

Снова прошел месяц Цветущих Деревьев. Над озерами раскричались утки и гуси. Солнце грело все горячее, все дольше оставалось над чащей и все удлинялась его дорога с востока на запад. Был месяц Ягод.

В этом месяце, как и каждый год, мы больше времени проводили в чаще, чем в лагере. Лес стал для нас вторым домом и все доверчивее открывал нам свои тропинки и тайны.

В конце месяца Ягод я обнаружил вблизи Гремящих Ям берлогу серого медведя. У подножия Острых Скал мы с Прыгающей Совой нашли несколько волчьих логовищ. Мы уже умели читать по следам: проходил ли тропой человек, быстро ли шел, больной или здоровый, друг или враг.