Меня охватила радость и гордость – великий шаман Горькая Ягода своим танцем рассказал всему селению историю моей победы над орлом и дал мне имя. Отныне меня звали Сат-Ок – Длинное Перо. Уже никто не назовет меня ути – малыш.

У меня есть имя!

И я начал плясать танец победы и радости.

И только когда у меня остановилось дыхание, когда после одного из прыжков я упал на колено и мне тяжело было подняться, а кто-то наклонился надо мной и помог мне встать, – только тогда я увидел, что в кругу воинов, впервые выкликавших мое имя, находился Высокий Орел, мой отец, внук великого Текумзе.

Маниту, Маниту, Маниту,Я слабый, ты сильный.Я покорен тебе.Маниту, Маниту, Маниту,Приди мне на помощь.(Из военных песен)

Глава VI

Через два дня, после того как я получил имя, в час, когда солнце стояло на самой высшей точке своего пути, а мы, Молодые Волки, только что закончили свое еже дневное учение у Овасеса, до нас долетел с пригорка трех кратный крик суслика. Это часовой лагеря подал знак, что приближается чужой всадник. А уже через минуту по тропинке застучали конские копыта. По раскраске и убору коня мы узнали, что прибывший принадлежит к одному из южных родов нашего племени. Конь остановился около нашей группки, вздымая копытами клубы пыли, а всадник тяжело сполз с его хребта. Он поднял в знак приветствия правую руку и приблизился к нам. Мы ждали, когда он заговорит.

– Проводите меня к вождю, Молодые Волки, – произнес он охрипшим голосом. – Я хочу видеть Высокого Орла.

Я выступил вперед.

– Высокий Орел здесь. Я его сын. Иди за мной. – И я повел пришельца к палатке Овасеса, где всегда останавливался отец во время пребывания в лагере.

Шедший за мной молодой воин тяжело дышал, он весь был покрыт толстым слоем пыли, губы его запеклись и потрескались, он шел какой-то деревянной походкой. Видно, он долго, очень долго ехал верхом. Он даже шатался и только перед входом в палатку расправил плечи.



61 из 185