СОКОЛОВ Пот, ну пот, это, когда мы имеем... ну, разное там... как вот Леша тут про мороз говорил. Мороз, Леша? Ты ешь, ешь.

Денисов кивает и молча ест.

ПУХОВ Пот тоже нужен (не выпуская из левой руки газету, правой хлебает щи).

ВОЛОБУЕВ Пот поту - рознь. Есть пот от тела, а есть, так сказать, пот души (открывает другой котелок) О! Каша, еда наша. А ну-ка, а ну-ка, у бабушки было три внука! Навались... (ест кашу).

Некоторое время едят молча.

ВОЛОБУЕВ Каша хороша... (жует) Каша наша. Вся. Я... это... помню мы с комбригом тогда охотились... ну, охота это ясное дело. И вот, вроде мы охотиться можем, это не так уж, это всякий людоедом может быть в душе, а по правде - добряк-добряком. Просто... такой вот рубаха-парень. Ну и пошли на охоту, организовали отлично... там сделали ребята места. Места по стрельбе, по здоровым делам. А я стою и вот тогда тоже, как Леша - про мороз вспомнил. А, Леш? Мороз? Ты говорил - мороз?

ДЕНИСОВ А? (жует) Да... мороз... морозно. А вчера было так же... каша отличная... кашевар что надо. Это третьей роты. А мороз, мороз им, чтобы дали дуба. Им всем снежные могилы, да ледяные гробы.

РУБИНШТЕЙН Ага.

ПУХОВ Я знаю, ребята, что в мороз можно и не мерзнуть.

СОКОЛОВ Это если потеть?

ПУХОВ (усмехается) Ну, Серег, ты прямо это... всезнайка. Пот морозу как собаке палка (ест).

СОКОЛОВ (принимаясь за кашу) Пот на войне тоже... ммм... пот, это... как раз надо... попотеть иногда, ох как полезно...

РУБИНШТЕЙН А я вот зимой не потею. Я это... летом обливаюсь, а зимой так холодно... (жует) пот, он же от перегрева.

ВОЛОБУЕВ А как же. Отчего ж еще... (жует) перегрев... разные опрелости... ваты много... и вот тебе пот...

ДЕНИСОВ Пот... это плохо... (ест кашу).

ПУХОВ (жуя, смотрит в газету) Тут... ммм... это еще... (читает) Слушай нас, молодежь оккупированных Гитлером стран! У тебя была Печатка.