— Это же ты! — смущенно заявил какой-то парень. — Это же твоя фотография, чел!

Димка пожал плечами и посмотрел по сторонам.

— У вас даже особые приметы совпадают — родинка на щеке. Точно! — испуганно поразился он. — Ох-ху… Я ж смотрел по ящику, когда теряют память.

— Расслабься, меня Дмитрий зовут.

— Да, командир, да, пойдем, в ментовку тебя отведу. Ты не вкурил, у тебя память отшибло.

— Отстань, иди, куда шел.

— Люди, посмотрите, я нашел пропавшего человека! — с нахальным вызовом крикнул парень. — Его ищут по объявлению…

Некоторые повернулись к ним, сонно похлопали веками и снова отвернулись, подумав, что не протрезвевшие чуваки прикалываются.

— Бли-ин, опаздываю из-за тебя! — парень даже приплясывал от досады. — Встань!

Он подвинул Димку под объявление, достал мобильник и направил на него.

— Вот так, да… Спасибо, Клуни! Я про тебя в Инете информацию вывешу.

Парень сфотографировал объявление и, сбегая по лестнице, оборачивался и качал головой.

— Вы стоите? — спросила у Димки женщина, показывая на очередь.

Димка помотал головой и отошел. Степенно зашли в вестибюль врачи “скорой помощи” с ящиком, видимо, на станции кому-то плохо стало. Димка, выждав момент, когда зал на минутку опустел, сорвал объявление. Дома он долго стоял посреди комнаты. Развернул объявление и смотрел в зеркало, давил пальцем родинку на щеке, ощупывал голову. Димка чувствовал, что на фото Его лицо, оно было в родственном, интимном облаке. Жалостно сжалась душа.

И словно бы вспорхнуло что-то из темного угла под потолок. Димка принес из чулана лестницу и достал с антресолей синюю сумку USSR, порылся там и нашел членский билет библиотеки МСХА имени К.А.Тимирязева. Тот же человек — Федор Волкомуров, 1992—1993 год, но фотография была вырвана, лишь клочок в самом низу — уголок рубашки и шея. Без сомнения это была его рубашка и его шея, это были родная ткань, родная кожа. Танюха иногда просила освободить антресоли от хлама прежних жильцов, а у Димки руки не доходили выбросить эту сумку с оборванной ручкой, эти слежавшиеся письма, лекции по агрохимии, почвоведению и бахчеводству, разлохмаченные блокнотики, все эти обрывки и осколки чьей-то жизни. У Димки занемела спина, он боялся оглянуться, казалось, кто-то смотрит на него.