И такое может произойти с любым из нас. Перед этой силой мы все одинаково беспомощны. И никто ничего не помнит, ты только вообрази! А сколько всего, что ты делал или говорил, могло быть попросту внушено кем-то, а ты, дружище, был уверен, что совершаешь вполне нормальные, даже разумные поступки! Уму непостижимо!

— Но это же глупо! — пробормотал я. — Какой еще гипноз! Дьявольщина, да что я, не помню, что ли… — Я невольно запнулся и похолодел от той мысли, которая пришла мне в голову.

— Ладно, не сходи с ума. — Брюс продолжал ухмыляться. — Конечно, вероятность этого всегда существует, но не думаю, что такое возможно. Если не считать определенных условий, то всегда требуется, чтобы человек добровольно соглашался подвергнуться внушению. К тому же не так уж много людей, использующих силу, которой они обладают, во зло, а не во благо. Да и к чему скрывать это от пациента? Какой в этом смысл? Кроме всего прочего, всегда есть опасность серьезного умственного расстройства. Еще вопросы есть?

Я вытащил из смятой пачки сигарету. Перед глазами у меня стояло испуганное лицо Джея.

— А что ты имел в виду, когда говорил «при определенных условиях»?

— Просто кое-какие особенности гипнотического внушения. Все они описаны в специальной литературе — недавние эксперименты, кстати. И кроме того, сейчас изучается наркогипноз — возможность использования при гипнозе различных наркосодержащих препаратов. Началось это во время войны.

— Ты хочешь сказать, обычные наркотики?

— Конечно. Содиум пентотал, к примеру. Или амитал. Они понижают сопротивляемость человека. Обычные депрессанты хотя бы. Они подавляют активность сдерживающих центров и до определенной степени облегчают задачу подсознанию. В этом случае погружение пациента в транс проходит без каких-либо проблем. Обычное внутривенное вливание у сгиба локтя. — Он ткнул пальцем в свой локоть.