- Ты как здесь? - крикнул начальник. - Смыться хочешь через вентиляционную...

- Выработку завалило! - словно выбив кляп, заорал Ким, чувствуя надувшиеся вдоль шеи вены.- Выработку завалило! - продолжал он орать, хоть начальник стоял рядом и отлично слышал.

- Молчи! - просипел начальник. Зеленоватые зубы его приблизились вплотную к горлу Кима.- Смену мне сорвать хочешь? - Двигались зубы, обдавая запахами, возможно, смоловшие еще одну луковицу.

Киму стало противно, он просунул ладони в узкий прозор между своей и начальника грудью, толкнул эту чужую грудь от себя.

- Я в управление пойду,- крикнул Ким,- я писать буду... Я в газету... В "Правду"... Нельзя ребят в такие выработки... Там обрушено все. Угробит ребят...

- Ты эти ерусалимские штучки брось,- подошел, размахивая руками, начальник,- эти армянские выкрутасы... Не нравится, иди шнурками торговать... Паникер...

- Я не армянин,- чувствуя тошноту и отвращение к себе и к каждому своему слову, но все-таки продолжая говорить, произнес Ким,- и не еврей... Я паспорт могу показать...

Ким и начальник стояли друг против друга, громко дыша.

- Ладно,- сказал начальник,- покричали, и ладно... Это бывает... Меня ранило когда на фронте, в госпиталь привезли... Мертвец... Списали уже вчистую... А доктор Соломон Моисеевич вытащил... Осколок прямо под сердцем давил... Думал, задавит... Среди них тоже люди попадаются, ты не думай... Но с другой стороны, ерусалимские казаки... Вы ж газеты читаете,- обратился почему-то начальник к Киму на "вы".- В Ленинграде Ханович И. Г., например, продал всю академию... А вы действительно ободраны... Вам отдохнуть надо... Я сначала не разглядел. Три дня пожируете.- Начальник хохотнул и обнял Кима за плечи, ласково похлопывая ладонью.- Пойдемте, я провожу вас к вентиляционному стволу.