— Я устал… — начал было Браун.

Внезапно Морис насторожился, сделал Майку знак замолчать. Вскочил, держа наготове автомат.

— Свои, камарад капитан.

Из-за кустов показались трое: два бородатых «фридомфайтера» вели человека в ладной защитной форме, перетянутого новенькой портупеей.

— Поймали в буше неподалеку… — звонким юношеским голосом начал один из партизан. Пленный не дал ему договорить.

— Капитан Морис! — радостно крикнул он. — Слава богу, а то эти неграмотные парни могли натворить черт знает что!

— Камарад Жоа? — Морис прищурился и отступил, уклоняясь от протянутых рук задержанного.

— Ты удивлен? Но я ведь сопровождал…

Голос Жоа осекся, когда он увидел Брауна, внезапно выступившего из-за широкой спины разведчика.

— Он предал Мангакиса и Корнева, — тихо сказал Майк.

— Знаю… — Капитан обернулся к Жоа, взгляд его был полон презрения: — На Кубе таких, как ты, называют «гусанос» — «червяки».

Но Жоа уже овладел собою. Он усмехнулся, высокомерно вскинул голову. Голос его звучал вызывающе:

— Ты слишком хорошо усвоил кубинскую терминологию, Морис. Но к добру тебя это не приведет. Что ж, расстреляй меня. Клянусь духом великого бога Шанго, попадись ты мне вот так же, я застрелил бы тебя без всяких разговоров.

— Э, нет! — покачал головой капитан Морис. — Мы доставим тебя к Кэндалу.

ДЕЛО №…

Кэндал закрыл толстую ярко-зеленую папку и, отодвинув ее на середину большого металлического стола, задумался. Итак, сорван еще один заговор против Движения, но обнаружен он совсем случайно. И это накануне съезда Движения и провозглашения независимости, когда Колония должна превратиться в свободную Республику Гидау.

Военное командование Боганы сделало что могло. Лучший военный разведчик, капитан Морис, был переброшен в Освобожденную зону срочно, днем, на армейском вертолете: это рискованнейший полет! Ведь машина могла быть перехвачена и сбита даже легким разведывательным самолетом тугов, которые постоянно патрулируют над бушем.