Нат с «хоукеном» в правой руке нервно озирался по сторонам. Что если черноногие оставили наблюдателей? Тяжесть пистолетов, давивших на живот, немного успокаивала. Увидев, что Шекспир остановился и спрыгнул на землю, Нат сделал то же самое.

Старый охотник осторожно подошел к краю.

Нат последовал за ним и посмотрел вниз.

У подножия располагалась зеленая равнина. Деревьев почти не было — вся она была покрыта сочной травой. Приблизительно в четверти мили к западу виднелся индейский лагерь, состоящий из десятка жилищ, обитатели которых отчаянно сопротивлялись черноногим, с криками налетевшим на деревню.

Вот один из защитников выпустил стрелу и попал черноногому в грудь, опрокинув его на землю, вот упал другой, но все же Нат понял, что нападающие численно превосходят защитников. Их было всего трое или четверо, женщины и дети изо всех сил старались помочь воинам.

— Черт! — сердито воскликнул Шекспир. — Я знаю их. Можешь оставаться здесь, если хочешь. Я должен ехать туда.

Он повернулся и побежал к лошади. Нат тоже поспешил к своему коню.

— Нет уж, куда ты, туда и я.

Траппер усмехнулся, повернувшись в седле:

— Если ты сделаешь это правилом своей жизни, можешь не дожить до седых волос.

— Там твои друзья? — спросил Нат.

— Да, это шошоны. — Шекспир пришпорил лошадь. — Держись поближе и считай каждый выстрел.

Нат крепко сжал карабин и поскакал вперед, чувствуя одновременно и возбуждение, и беспокойство. Он решил показать себя с лучшей стороны и не подвести Шекспира.

— Кричи изо всех сил, когда спустимся, — велел старый охотник, как только они обогнули горный выступ.

— Зачем?

— Чем больше шума мы наделаем, тем больше испугаем черноногих. Они могут решить, что нас на самом деле больше.

— Но индейцы же увидят, что нас только двое?..

— Не имеет значения, что они увидят. По мнению индейцев, белые не настолько сумасшедшие, чтобы нападать на отряд вдвоем. Они решат, что нас больше.