— Меня зовут Родни Айронсайдз. У меня назначена встреча с доктором Стайнером.

— О! — Она торопливо запихивала блузку в брюки. — Мой муж в кабинете.

Теперь он знал, кто она такая. Много раз видел ее фотографии в газетах; но там она обычно была в длинном вечернем платье с драгоценностями, а не в блузе с порванным рукавом. На снимках ее косметика была безупречна, а теперь ее совсем не было, лицо раскраснелось и покрылось испариной.

— Я, должно быть, ужасно выгляжу. Я ухаживала за садом, — без необходимости объяснила Тереза Стайнер.

— Вы сами работаете в саду?

— О, на самом деле очень немного, но зато я все планирую, — ответила она. Она решила, что он очень большой и некрасивый — ну, не совсем некрасивый, скорее потрепанный.

— Прекрасный сад, — сказал Род.

— Спасибо. — Нет, не потрепанный, сменила она мнение, прочный, и черные кудрявые волосы видны в вырезе рубашки.

— Это протея, не так ли? — Он указал на куст, из которого она появилась.

— Ньютан, — ответила она; ему должно быть около сорока; волосы на висках начинают седеть.

— О! А я подумал, протея.

— Да, конечно. Настоящее название «ньютан». У протеи свыше двухсот разновидностей. — И голос его не соответствует внешности, решила она. Он похож на профессионального борца, а говорит, как юрист. Наверно, юрист и есть. По приглашениям Манфреда обычно приходят юристы или консультанты в бизнесе.

— Очень красиво. — Род коснулся одного из цветков.

— Не правда ли? У меня растет больше пятидесяти разновидностей.

Неожиданно они улыбнулись друг другу.

— Я проведу вас в дом, — сказала Тереза Стайнер.

8

— Манфред, здесь мистер Айронсайдз.

— Спасибо. — Он сидел за столом розового дерева, в кабинете пахло воском.

— Чашку кофе? — спросила Тереза от двери. — Или чаю?

— Нет, спасибо, — ответил Манфред Стайнер, не спросив у стоявшего около нее Рода.