Время от времени из лесу доносился жалобный вой одинокого волка. Иногда над костром пролетала громадная белая сова и бросала в огонь свой страшный, почти человеческий крик: «Алло! Алло!». Под оседающим снегом трещали деревья.
Но ни остервенелый вой волка, ни треск деревьев, ни безумные крики крылатого гостя не были в состоянии разбудить спящих.
Так прошло около часа. Родерик, положив ружье на колени, все еще сидел у костра. Образ Миннетаки не оставлял его. Он никак не мог отделаться от твердой уверенности, что она в это же самое время тоже не спит и без устали думает о своих спасителях.
Вдруг под воздействием тех телепатических сил, которые иногда гораздо мощнее в нас, чем мы сами можем думать, Родерику показалось, что он видит девушку совсем близко — не образ и не дух ее, а живую Миннетаки из плоти и крови! Подобно ему, она сидела совсем близко у пылающего костра.
Ее прекрасные черные волосы светились от отблесков огня, а на спину падали тяжелые косы. Она напряженно глядела на пламя, и минутами создавалось впечатление, что, не в силах совладать с неведомыми чарами, она сейчас бросится в огонь.
И совсем близко, гак близко, что стоило только протянуть руку, чтобы коснуться его, стоял человек с таким суровым выражением лица, что Родерик содрогнулся. Это был сам дьявол в образе человека, краснокожий Вунга, вождь бандитского племени, который уже давно был объявлен вне закона. Он все время говорил со сладострастным огнем в глазах и вдруг протянул свою страшную руку по направлению к девушке.