Если это произойдет, людские потери будут ужасны.

Поднявшись с колен, далай-лама подошел к столу и позвонил в колокольчик. Почти сразу дверь отворилась, и в проеме возникла голова Кузуна Депона, личного телохранителя далай-ламы. Через приоткрытую дверь ему были видны несколько его подчиненных. Полицейские являли собой устрашающее зрелище. Каждый из них был выше шести футов, носил усы и был одет в черный свободный костюм.

Несколько тибетских мастифов вскочили и сделали стойку.

— Пожалуйста, пригласите оракула, — тихо произнес далай-лама.

Прямо из своей резиденции в Лхасе Лэнгстон Оверхольт третий наблюдал за порядком, наставлял, советовал. Он стоял рядом с радиооператором.

— Ситуация критическая, конец связи.

Радиооператор покрутил диск, чтобы уменьшить помехи.

— Поверьте, красный петух все-таки проберется в курятник, конец связи.

Оператор тщательно сверил частоту.

— Срочно нужна поддержка, конец связи.

Снова задержка, пока оператор приводил в порядок диск.

— Я рекомендую орлов и верблюдов, конец связи.

Лэнгстон молча стоял, пока радио заливалось соловьем, а зеленые точечки разбегались и снова соединялись в маленьких зеленых змеек. Все слова уже были сказаны; от них теперь больше ничего не зависело. Оверхольту прямо сейчас были нужны самолеты.

Оракул, Дорье Дракден, находился в состоянии глубокого транса. Последние лучи заходящего солнца проникли через маленькое оконце высоко под самым потолком и проложили узенькую дорожку к кадильнице. Клочки дыма причудливо танцевали среди теней и света, а в воздухе таинственно витал запах корицы. Далай-лама сидел на подушке напротив стены, подвернув под себя ноги, в нескольких футах от Дракдена, который сидел на коленях, согнувшись пополам и уткнувшись лбом в деревянный пол. Внезапно оракул заговорил, его голос звучал словно из-под земли.