– Тогда съездим к сыну-пасечнику? – предложил сержанту.

– Не удастся, – отказался Коломников. – Он в лесу на Подъедьниковском кордоне живет, не проехать нам. Я вас лучше в Кураново свожу, с его двоюродным братом познакомлю. Он на кордоне часто бывает. Согласны?

– Согласен.

От Пихтового до Кураново было всего десять километров.

Пятистенок Николая Засекина стоял на окраине поселка немного особняком. Перед прибытием нежданных гостей он вернулся с конефермы, едва успел распрячь и пустить на волю лошадь. Сухощавый и низкорослый, с морщинистым темным от загара лицом, стоял и курил папиросу в ожидании, пока прибывшие приблизятся. Прежде чем пожать руки гостям, обтер шершавую ладонь о пиджак.

– Вот, дед Николай, гость из Москвы к нам, – почти так же, как у Мусатова, начал сержант.

На сей раз Зимин счел за лучшее самому сразу повести разговор:

– Николай Григорьевич, говорят, будто дядя ваш во время Гражданской подобрал в тайге раненого офицера, спас ему жизнь. Правда?

– Вроде как, – ответил Засекин.

– Расскажите.

– Так, а я что знаю?

– Так уж и ничего, – вмешался Коломников. – Он же золото прятал, этот офицер.

– Ну, может быть... Вам Василия лучше поспрашивать.

– Лучше-то лучше, но он же на пасеке.

– Ну.

– На все лето. И не проехать туда.

– Плохая летом дорога, – согласился Засекин.

– Ты, дед Николай, навещаешь брата?

– Бываю.

– Скоро собираешься?

– Послезавтра поеду.

– Вот человека, Сергея Ильича друг, можешь с собой взять?

– Чего ж не взять, пожалуйста. Только ехать верхами. – Конюх вопросительно посмотрел на Зимина: дескать, приходилось верхом ездить? Зимин немного умел.

– Тогда, дед Николай, привезу Андрея Андреевича к тебе послезавтра утром, – сказал сержант.

– Привози, чего ж...

В Пихтовое возвратились затемно.

Нетесов сидел в неярко освещенном дворе за столиком под черемухой, ужинал.