Инспектор стряхнул пепел сигары на ковер и холодно сказал:
— Вашей работой недовольны, Дженикс. Вы занимаетесь пустяками. Ваша агентура — самый низкопробный сброд. Результаты ее деятельности мизерны, а средства вы расходуете огромные. Если положение резко не улучшится, мы будем судить вас, Дженикс!
Излив всю желчь, генерал заговорил спокойнее. По его мнению, вся работа разведывательных органов не имела четко выраженного направления. Силы были разбросаны по огромному театру. Жалкие отрывочные сведения о зоне «А» не могут удовлетворить командование.
— Нужно бить в одну точку,— говорил он.— Бить методично, настойчиво, изо дня вдень. Если интересы дела того требуют, прибегать к крайним мерам. Что там за грядой гор, в глубине территории русских? У нас есть кое-какие соображения на этот счет, и вы обязаны подтвердить их или опровергнуть.
— Я послал шхуну к советским берегам с конкретным заданием,— сказал Дженикс.
Инспектор оживился:
— И каковы результаты?
— Пока никаких результатов нет.
Подобие улыбки скользнуло по губам Скелтона.
— Я считал вас умнее, Джордж,— произнес он почти дружески.— Я всегда считал вас умнее себя и, признаться, подчас завидовал вашей ловкости и изворотливости. А теперь начинаю понимать, что вы устарели, отстали от века. Крайние меры, только- крайние меры могут спасти вас? Ваши самолеты вертятся у побережья. Посылайте их в глубь территории, черт возьми! Создайте базы на дрейфующих льдинах для запуска шаров, используйте подводные лодки, активизируйте все. Вот наша программа! Да, да, посылайте самолеты! Авиация — главное!