- Михаил Михайлович вам все покажет, - согласился Архипов. Он устало вздохнул. - Может, я напрасно вас побеспокоил, - вдруг сказал он, - но в любом случае я хотел бы уверить самого себя, что мы сделали все, чтобы найти убийцу.

- Не смею вам мешать, - Дронго поднялся. - До свидания.

- Успехов, - пожелал ему Архипов, пожимая на прощание руку.

Они вышли из кабинета. Секретарь директора строго смотрела на посетителя. Выйдя из приемной, Дронго спросил у своего спутника:

- Она давно работает у Архипова?

- Кажется, да. Лет двадцать. А почему вы спрашиваете?

- Тогда все в порядке. Я бы не хотел, чтобы слух о моем появлении в институте разошелся раньше, чем я начну осматривать место происшествия.

- Понятно, - улыбнулся Сыркин, - можете не беспокоиться. Она у нас как кремень. Ничего не расскажет.

Они спустились в кабине лифта на первый этаж. Вышли из здания. Технический отдел находился в другом корпусе, расположенном в двухстах метрах от основного, слева от входа. Они прошли двести метров медленным шагом, при этом Дронго все время смотрел в сторону караульного помещения.

- Если идти к зданию днем, то дежурные должны заметить, кто именно туда направляется, - вслух предположил Дронго.

- Вечером тоже, - уверенно заметил Сыркин. - У нас освещается внутренний двор. А после пяти вечера мы обычно включаем освещение.

- Значит, незамеченным никто не мог пройти?

- Конечно, мог. Дежурные должны смотреть не назад, а вперед. Их задача - никого не впускать на территорию института, а не смотреть, кто и куда ходит по двору. Это не входит в их прямые обязанности.

- А осмотр внутри проводится в строго определенное время?

- Точного времени нет, но, по нашим правилам, один из охранников каждые три часа должен обходить и внутреннюю территорию.

- Значит, Павел Мовчан должен был так или иначе осмотреть территорию именно в восемь часов вечера?